Робот Федя и планета забытых вопросов

Под куполом школьного планетария пахло старой краской, лимоном от влажных тряпок и чем‑то электрическим — тонкая нить тёплого воздуха тянулась от отполированного прожектора. На столах под куполом выстроились аккуратно подписанные макеты: «Солнечная система», «Энергосбережение в быту», «История радиолюбительства». Воздух слегка дрожал от шёпота родителей и скрипа стульев. Из громкоговорителя ровным голосом объявили: «Десять минут до подведения итогов».

Пятиклассница Аня Малахова держала в ладонях свою модель: шарики из пенопласта на тонких нитях, выкрашенные так, что Юпитер казался чаем с корицей, а Нептун — голубым мармеладом. Маленькая Земля время от времени норовила ткнуться в Сатурн, и Аня ловко подправляла нитку. В животе у неё поселился знакомый узел — не боль, а сосредоточенность перед чем‑то важным, как перед контрольной за минуту до звонка.